Мораль рабов (Ницше)

Моралью рабов Фридрих Ницше называет способ оценивать, который возникает из злобы бессильных: она объявляет сильное злым и возводит в добро сострадание, смирение и полезность. У Ницше её нельзя приравнивать к альтруизму — благородный человек тоже помогает, но из избытка, а не из долга или сострадания. Мораль господ и мораль рабов для него — типы оценки, а не социальные слои: они могут сосуществовать в одном и том же человеке.

Эта статья объясняет понятия Ницше так, как он сам их употребляет, — с его формулировкой и указанием места. Как мы переносим их на сегодняшние порядки, изложено в статье-позиции Доброе в человеке у Фридриха Ницше. О самом понятии см. Альтруизм.

О личности. Фридрих Ницше (1844–1900) — немецкий философ и классический филолог. Понятия этой статьи взяты прежде всего из Jenseits von Gut und Böse («По ту сторону добра и зла», 1886) и Zur Genealogie der Moral («К генеалогии морали», 1887). Цитаты приводятся по Kritische Studienausgabe или по Цифровому критическому полному собранию сочинений (eKGWB), в их орфографии („Werth“, „Thätigkeit“).

Примечание переводчика: цитаты Ницше приводятся в немецком оригинале. Наш русский перевод следует в квадратных скобках с пометкой «наш перевод», для коротких выражений — в круглых скобках; эти переводы — наши собственные и не взяты из опубликованных русских изданий. Сокращения: JGB = Jenseits von Gut und Böse, GM = Zur Genealogie der Moral, Za I = Also sprach Zarathustra («Так говорил Заратустра»), первая часть.

Что Ницше понимает под моралью рабов и моралью господ?

Ницше различает два способа оценивать: „Es giebt Herren-Moral und Sklaven-Moral“ [наш перевод: «Есть мораль господ и мораль рабов»] (JGB § 260). В высших культурах, пишет он, обе встречаются смешанными, „sogar im selben Menschen, innerhalb Einer Seele“ («даже в одном и том же человеке, внутри одной души»; там же). Итак, это типы, а не классы.

Мораль господ оценивает из чувства собственной полноты; её противоположность — хороший — плохой. Мораль рабов оценивает из положения угнетённых; её противоположность — добрый — злой: „Während alle vornehme Moral aus einem triumphirenden Ja-sagen zu sich selber herauswächst, sagt die Sklaven-Moral von vornherein Nein zu einem „Ausserhalb“, zu einem „Anders“, zu einem „Nicht-selbst““ [наш перевод: «В то время как всякая благородная мораль вырастает из торжествующего утверждения самой себя, мораль рабов с самого начала говорит „нет“ чему-то „внешнему“, „иному“, „не-себе“»] (GM I § 10).

Что мораль рабов ставит высоко, Ницше описывает так:

„hier kommt das Mitleiden, die gefällige hülfbereite Hand, das warme Herz, die Geduld, der Fleiss, die Demuth, die Freundlichkeit zu Ehren —, denn das sind hier die nützlichsten Eigenschaften und beinahe die einzigen Mittel, den Druck des Daseins auszuhalten. Die Sklaven-Moral ist wesentlich Nützlichkeits-Moral.“ (JGB § 260)

[наш перевод: «здесь в чести сострадание, услужливая, готовая помочь рука, тёплое сердце, терпение, прилежание, смирение, приветливость, — ибо здесь это самые полезные свойства и почти единственные средства, чтобы выдержать гнёт существования. Мораль рабов по существу есть мораль полезности».]

«Добрый» этой морали, по его словам, „gutmüthig, leicht zu betrügen, ein bischen dumm vielleicht“ («добродушен, легко поддаётся обману, может быть, немного глуп»; там же). Это заострённая типология Ницше, а не суждение о людях, которые так поступают.

Что такое ресентимент?

Ресентимент для Ницше — это злоба тех, кто не может защититься, и источник морали рабов:

„Der Sklavenaufstand in der Moral beginnt damit, dass das Ressentiment selbst schöpferisch wird und Werthe gebiert“ (GM I § 10).

[наш перевод: «Восстание рабов в морали начинается с того, что сам ресентимент становится творческим и порождает ценности».]

Решающим является направление взгляда: „Diese Umkehrung des werthesetzenden Blicks – diese nothwendige Richtung nach Aussen statt zurück auf sich selber – gehört eben zum Ressentiment“ [наш перевод: «Это обращение полагающего ценности взгляда — это необходимое направление вовне вместо возвращения к самому себе — как раз и принадлежит ресентименту»] (там же). Кто оценивает так, определяет добро лишь через то, что он отвергает. Современные исследования читают ресентимент как психологический механизм, а не как свойство какой-либо группы (Leiter 2019; Reginster 2021).

Кто такой аскетический жрец?

В третьей части «К генеалогии морали» появляется аскетический жрец: пастух и врач страдающих. „Er vertheidigt in der That gut genug seine kranke Heerde, dieser seltsame Hirt“ [наш перевод: «Он и в самом деле достаточно хорошо защищает своё больное стадо, этот странный пастух»] (GM III § 15). Он придаёт страданию смысл, уча страдающего искать вину в самом себе: „der Priester ist der Richtungs-Veränderer des Ressentiment“ («жрец — это тот, кто меняет направление ресентимента»; там же).

Его средства против страдания Ницше перечисляет: „die machinale Thätigkeit“ («машинальная деятельность»), а также „die Freude des Freude-Machens (als Wohlthun, Beschenken, Erleichtern, Helfen, Zureden, Trösten, Loben, Auszeichnen)“ [наш перевод: «радость доставления радости (как благодеяние, одаривание, облегчение, помощь, ободрение, утешение, похвала, отличие)»] и волю к общности, образование общин (GM III § 18).

Вблизи аскетического идеала Ницше помещает также философов, учёных и художников: наука, по его словам, — „die beste Bundesgenossin des asketischen Ideals“ («лучшая союзница аскетического идеала»; GM III § 25), художники — „Kammerdiener einer Moral oder Philosophie oder Religion“ («камердинеры какой-либо морали, философии или религии»; GM III § 5). Наш перенос этой фигуры на религию, экономику, политику, науки и культуру сегодняшнего дня изложен в статье-позиции о Ницше; он подчёркнуто наш.

Плохо ли сострадание у Ницше?

Критика Ницше направлена на ценность „Unegoistischen“ («неэгоистического»), „der Mitleids-, Selbstverleugnungs-, Selbstopferungs-Instinkte“ («инстинктов сострадания, самоотречения, самопожертвования»), которые Шопенгауэр будто бы „vergoldet, vergöttlicht und verjenseitigt“ («позолотил, обожествил и перенёс в потустороннее»; GM, Предисловие § 5). Современную мораль он называет „Religion des Mitleidens“ («религией сострадания»; JGB § 202).

Однако он различает, кто сострадает:

„wenn ein solcher Mann Mitleiden hat, nun! dies Mitleiden hat Werth! Aber was liegt am Mitleiden Derer, welche leiden!“ (JGB § 293)

[наш перевод: «когда такой человек сострадает, что ж! это сострадание имеет ценность! Но что толку в сострадании тех, кто страдает!»]

Имеется в виду мужчина, который, по Ницше, „von Natur Herr ist“ («от природы господин»). Итак, Ницше отвергает не помощь, а сострадание как программу страдающих. От него следует отличать сочувствие, которое не страдает вместе с другим, а понимает, — подробнее в статье Эмпатия.

Знает ли Ницше альтруизм? Дарящая добродетель

Да — но называет его иначе. Благородный человек помогает несчастному, „aber nicht oder fast nicht aus Mitleid, sondern mehr aus einem Drang, den der Überfluss von Macht erzeugt“ [наш перевод: «но не или почти не из сострадания, а скорее из порыва, который порождает избыток мощи»] (JGB § 260). В «Заратустре» из этого вырастает дарящая добродетель:

„eine schenkende Tugend ist die höchste Tugend. […] heil und heilig heisse ich diese Selbstsucht“ (Za I, Von der schenkenden Tugend 1).

[наш перевод: «дарящая добродетель есть высшая добродетель. […] здоровым и святым называю я это себялюбие».]

Этому здоровому себялюбию Ницше противопоставляет „die kranke Selbstsucht“ («больное себялюбие»), которое „immer stehlen will“ («всегда хочет красть»; там же). Вместе с тем у него сказано: „der Egoismus gehört zum Wesen der vornehmen Seele“ [наш перевод: «эгоизм принадлежит к сущности благородной души»] (JGB § 265), а любовь к ближнему — это „eure schlechte Liebe zu euch selber“ («ваша дурная любовь к самим себе»; Za I, «О любви к ближнему»). Немецкий социологический словарь резюмирует взгляд Ницше так: он „fasste den A. als eine verdeckte, nivellierend wirkende Form des Egoismus schwacher Menschen auf (-> Sklavenmoral)“ [наш перевод: «понимал альтруизм как скрытую, нивелирующую форму эгоизма слабых людей (-> мораль рабов)»] (Hillmann 2007: 23).

Наше прочтение: слово Ницше — себялюбие (Selbstsucht). Мы читаем это дарение из полноты как подлинный альтруизм. Оно вырастает из сильного, свободного индивида, а не из долга и не из сострадания. В этом Ницше сходится с нашим убеждением, что альтруизм сильнее всего там, где люди дают свободно и из собственной силы.

Кто такой сильный, благородный человек?

„Es ist die Sache der Wenigsten, unabhängig zu sein: – es ist ein Vorrecht der Starken“ [наш перевод: «Быть независимым — дело немногих: — это преимущество сильных»] (JGB § 29). Благородный человек „genöthigt zu einer eigenen Gesetzgebung“ («вынужден к собственному законодательству»; JGB § 262); к признакам благородства Ницше относит „die eigne Verantwortlichkeit nicht abgeben wollen, nicht theilen wollen“ («не желать отдавать свою ответственность, не желать её делить»; JGB § 272). В «Генеалогии» он назван „das souveraine Individuum“ («суверенный индивид»), обладающий „Macht über sich und das Geschick“ («властью над собой и над судьбой»; GM II § 2).

Честность требует добавить: сильный человек Ницше не чужд насилию. Он может „einen Verwegenen strafen und niederwerfen“ («наказать и повергнуть дерзкого»); он — „ein Mann, der seinen Zorn und sein Schwert hat“ («мужчина, у которого есть свой гнев и свой меч»; JGB § 293).

Что Ницше говорит о наказании и милости?

О наказании Ницше судит трезво: „damit zähmt die Strafe den Menschen, aber sie macht ihn nicht „besser““ [наш перевод: «так наказание приручает человека, но не делает его „лучше“»] (GM II § 15). Преимущество могущественнейшего у него — не месть, а милость: она остаётся „das Vorrecht des Mächtigsten, besser noch, sein Jenseits des Rechts“ («привилегией могущественнейшего, лучше сказать, его по-ту-сторону права»); уверенное в себе общество могло бы позволить себе „ihren Schädiger straflos zu lassen“ («оставить безнаказанным того, кто ему вредит»; GM II § 10).

Вместе с тем он насмехается над моралью, которая из страха в конце концов принимает сторону „selbst für ihren Schädiger, den Verbrecher“ («даже того, кто ей вредит, — преступника»): „Strafen: das scheint ihr irgendworin unbillig“ («наказывать — это кажется ей в чём-то несправедливым»; JGB § 201). Итак, Ницше критикует и то и другое — жестокость наказания и его отмену из страха. Об исследованиях наказания и сотрудничества см. Альтруистическое наказание (Fehr/Gächter).

Какие места спорны?

В первой части «К генеалогии морали» (GM I § 7–8) Ницше относит „Sklavenaufstand in der Moral“ («восстание рабов в морали») к определённому месту в истории религий и говорит о „Politik der Rache“ («политике мести»). Это его тезис, с его отнесением к одному народу и одной религии. Мы не перенимаем это отнесение; религии для нас стоят рядом друг с другом, а не одна над другой. Исследователи спорят, следует ли читать эти места как антииудаизм или как полемику против некоего жречества (Holub 2016; Niemeyer 2017); Loeb (2018) видит истоки в жреческой касте. Как мы оцениваем это место, изложено в статье-позиции о Ницше.

К Ницше относится и то, что он утверждает иерархию и считает рабство „in irgend einem Sinne“ («в каком-то смысле») условием высшей культуры (JGB § 257). Это его позиция; тот, кто его читает, должен её знать.

Мораль рабов сегодня: почему добрые дела порой обесцениваются

Для современности понятие Ницше — истолкование, а не установленный факт. Что показывают исследования: добрые дела обесцениваются не как таковые, а при определённых условиях.

• Того, кто делает добро и сам от этого выигрывает, в отдельной оценке часто судят строже, чем того, кто думает только о себе (tainted altruism, Newman & Cain 2014; воспроизведено в предварительно зарегистрированном исследовании Alcala и др. 2022).
• Людей, чьё хорошее поведение воспринимается как молчаливый упрёк, обесценивают; непричастные наблюдатели, напротив, их ценят (Monin, Sawyer & Marquez 2008; Minson & Monin 2012).
• Подчёркнуто бескорыстных людей могут даже вытеснять из групп (Parks & Stone 2010). Щедрость обычно улучшает репутацию, но при определённых условиях может и стоить дорого (Raihani & Power 2021).
• И наоборот: радость от помощи наблюдатели считают знаком подлинного участия; обесценивают того, кто ищет признания или хвастается (Barasch и др. 2014).

Обесценивание добрых дел — общечеловеческий механизм, а не свойство какого-либо слоя, религии или «морали». Подробнее — в разделе Warum werden gute Taten manchmal abgewertet? («Почему добрые дела порой обесцениваются?») немецкой статьи Altruismus.

Родственные понятия

Альтруизм · Любовь к ближнему и альтруизм · Эгоизм · Эмпатия · Коллективизм и индивидуализм · Возможность альтруизма (Нагель) · Религия

→ Подробнее об этом прочтении: Доброе в человеке у Фридриха Ницше — аскетические жрецы сегодня и сильный человек.

Больше от Института Kyborg в Google Поиске — Отметить как предпочитаемый источник↗

Автор Tobias O. R. Alke